OUR COMPANY
Bring your ideas to life
Anything you've even dreamed about is possible to realise just at the moment when you decided to win.
OUR COMPANY
Bring your ideas to life
Anything you've even dreamed about is possible to realise just at the moment when you decided to win.
svalbard
В отпуск к морю
Летние каникулы на архипелаге Шпицберген
У жителей города Лонгйир, столицы Шпицбергена, есть красивая примета: когда полярный день вступает в полную силу – и их любимая «домашняя» гора Опера, расположенная на противоположном берегу Адвентфьорда, снимает белое покрывало, то на «лбу» ее между снежных прядей остается изящный силуэт бокала. В самые теплые дни, во второй половине июля, тонкая перемычка бокала тает, чаша отделяется от ножки, и тогда, говорят лонгйирцы, на остров приходит Настоящее Лето…
Архипелаг Шпицберген расположен между 74° и 81° с.ш. 10° и 35° в.д. Площадь: 61000 кв.км. Население: около 4000 чел. Полярная ночь: с 28 октября до 20 февраля. Полярный день: с 21 апреля до 21 августа. Около 60% территории архипелага занимают ледники.
Нормальный человек едет в отпуск
за несколькими вещами – морем, солнцем, сменой «картинки перед глазами» и некоторым уединением.
С этим на Шпицбергене все в порядке: море – куда ни глянь, причем как в жидком, так и в твердом (ледниковом) состоянии, солнце светит 24 часа в сутки, следующие два пункта тоже реализуются здесь максимально успешно. Если вы планируете романтический уикенд или медовый месяц, то, скорее всего, ищете место потеплее. Но тогда у вас не будет самого необычного, не-похожего-ни-на-одно-другое романтического путешествия…
«Здесь нет ничего, кроме гор и остроконечных шпилей, мы назвали эту землю Шпицберген» («земля острых гор») - Виллем Баренц
Часть 1-я. Натуралистическая

Шпицбергену повезло: Гольфстрим добрался и сюда, западное побережье архипелага обласкано его теплыми водами. Поэтому климат довольно мягкий, несмотря на смешное расстояние до Северного полюса – примерно 1000 км. Из-за низкой влажности сухие снежинки не закрепляются прочно на поверхности земли и «кочуют» вместе с частыми порывистыми ветрами.

Проблему слишком долгой зимы местные жители решили радикально – разделили на два сезона. Теперь у них 5 времен года: весна, лето, осень и зима в ассортименте – темная полярная и светлая. Все же не так обидно. Кстати, светлая зима, говорят, самое позитивное и жизнеутверждающее время года на свете. Но прочувствовать это дано тому, кто пережил полярную ночь.

Главный представитель фауны Шпицбергена – белый медведь. На островах архипелага их примерно в 1,5 раза больше, чем людей. Но не вздумайте попросить в местном ресторане фирменное блюдо из тушеной медвежатины. В лучшем случае подумают, что вы – адепт черного юмора. Медведь – самое охраняемое животное на Шпицбергене. И дорожные знаки с его изображением не только предупреждают об опасности, но и напоминают: запрещено тревожить белых медведей, запрещено кормить (интересно, кому такое может прийти в голову?) и боже упаси стрелять в медведя, если только это не самооборона в самом крайнем случае.

Если окажетесь на Шпицбергене летом, не упускайте яркого полночного солнца – отправляйтесь гулять. Прозрачный до звона воздух, да нет, не воздух – эфир! – в котором прочерчены высокие тени гор. Пуховый туман бесшумно и радостно летит над поверхностью залива – потом дома будете вспоминать и медитировать.

Шпицберген – никакая не арктическая пустыня, 13% территории летом покрывается растительностью. «Маленькие, но гордые», сказочно красивые цветы очаровывают абсолютно всех. Их здесь около 150 видов, причем большинство – эндемики, а значит, произрастают на ограниченной территории, скорее всего – только здесь, и еще на Земле Франца-Иосифа.

Собираясь гулять, примите необходимые меры предосторожности, потому что безответственных туристов здесь иногда «мишка кушал», как сказал наш русскоговорящий знакомый Йохан. Если умеете стрелять, захватите карабин, его можно арендовать в любом спортивном магазине. Но лучше всего взять с собой гида, у которого и ружье имеется, и опыта достаточно, чтобы избежать стрельбы в случае чего.
Часть 2-я. Историческая

Если бы на Шпицбергене было коренное население, оно наверняка придумало какой-нибудь миф или легенду о происхождении островов. Например, такую: «Когда Бог создавал Землю, у него осталась ненужная пригоршня камней. Он бросил камни в сторону Северного полюса и забыл о них. Вот из тех забытых Богом камней и появился Шпицберген…»

Но, как известно, коренного населения на этих островах никогда не было, поэтому мифология и история места начались с появлением пришельцев.
О его «официальном» открытии доподлинно известно следующее: в 1596 году голландский мореплаватель Виллем Баренц открыл новую землю и сделал запись в своем журнале: «Здесь нет ничего, кроме гор и остроконечных шпилей, мы назвали эту землю Шпицберген» (в переводе – «земля острых гор»). Баренц первым нанес на карту очертания части архипелага, но не задержался здесь надолго: уже третий год он тщетно искал в этих краях Северо-Восточный проход.

Через год в Европу пришла весть об открытых островах, вокруг которых в изобилии водились киты, тюлени и моржи. И вовремя – начинался золотой век китобоев. Европа, оправившись после войн и эпидемий, остро нуждалась в новых товарах. Например, в масле, которое вытапливали из китового жира – оно использовалось для светильников и изготовления мыла, китовый ус шел на корсеты и кринолины. Английские, голландские, испанские, французские суда заполонили арктические воды.

К 1612 году охота на Шпицбергене стала массовой. Сначала китов били прямо у берегов и в заливах, а жир вытапливали тут же на суше. Когда жертвы ушли в открытое море, их преследовали китобойные флотилии. Практически полностью тогда был истреблен обитавший в акватории Шпицбергена большой гренландский кит. Завидная добыча – слой жира у него достигал 30 см, так что забитое гарпунами мертвое животное, весившее до 100 тонн, не шло ко дну.

Если в середине XVII века кораблям в окрестностях архипелага приходилось буквально прокладывать себе путь среди огромных животных, то ко второй половине XVIII века суда возвращались в Европу пустыми – все было кончено.
Гора Пирамида, у подножья которой расположен одноименный русский городок
В следующие 150 лет Шпицберген был интересен лишь охотникам – все тем же поморам да появившимся норвежским зверобоям, а также первым научным экспедициям.

Так продолжалось, пока в конце XIX века сюда не добралась угольная лихорадка. О месторождениях догадывались давно, но добыча угля стала актуальной только теперь – и опять на архипелаг отовсюду потянулись предприимчивые люди. Очевидно, больше других преуспел американец Джон Манро Лонгйир, построивший на острове первые шахту и поселок.

Новый виток интернациональной хозяйственной деятельности на архипелаге потребовал решения вопроса о его статусе. Кто наведет порядок, рассудит споры, будет следить за экономической деятельностью и использованием природных ресурсов на островах? Их «ничейность» стала проблемой. Провели несколько раундов переговоров, которые, правда, окончились ничем.
Наконец в 1920 году в Париже состоялось подписание международного договора о Шпицбергене, по которому полный суверенитет передавался Норвегии. Одновременно договор предоставлял всем государствам-участникам свободный доступ к ведению там хозяйственной и научной деятельности и устанавливал запрет на использование Шпицбергена в военных целях. Советская Россия не принимала участия в парижской конференции. Однако в 1924 году СССР признал суверенитет Норвегии над архипелагом, а затем присоединился к договору о Шпицбергене. В начале 30-х годов был организован советский трест «Арктикуголь», который занимался разработкой трех месторождений на острове Западный Шпицберген, снабжавших углем Мурманскую и Архангельскую области.

Во время второй мировой войны Шпицберген вместе с омывающими его водами стал местом боевых действий. Население эвакуировали суда английских ВМС: из норвежских поселков – на север Англии, из советских – в Архангельск, перед отходом запасы угля подожгли. Оставшийся на острове немногочисленный норвежский гарнизон потерпел поражение в неравной схватке с немецкими войсками. Немцы заняли Шпицберген в 1941 году. Большинство шахт были взорваны, поселки разрушены.

За послевоенным периодом возрождения хозяйства пришло похолодание в отношениях – все здесь было как на материке. Два лагеря – норвежский и советский – жили обособленно. Хозяйство вели образцово-показательно: ни та ни другая сторона не хотела ударить в грязь лицом перед соседями. Но дружили, в праздники приглашали друг друга в гости, устраивали соревнования и концерты. В будни добывали уголь: вырабатывая одни рудники, разведывали месторождения для строительства других.
Развал СССР привел к кризису в делах треста «Арктикуголь». Стране опять стало не до Шпицбергена, и в 1998-м был законсервирован шахтерский поселок Пирамида.

Население трех норвежских городков Лонгйир, Свеагруве и Ню-Олесунн постоянно растет, в то время как численность русской общины (она теперь сконцентрирована в Баренцбурге) со времен второй мировой войны уменьшилась в несколько раз.
Часть 3-я. Промышленная
Наша первая экскурсия – едем в заброшенную шахту. На Шпицбергене каждому нужно побыть немного шахтером. Мы слушаем остросюжетную лекцию о каменном угле вообще и на архипелаге в частности, проходим в раздевалку и облачаемся поверх курток в настоящие шахтерские робы и каски. В забой спускаемся вместе с лектором Кристиной, на Шпицбергене женщины – настоящие амазонки: не только лекцию прочитает, но и в заброшенную шахту войдет. Озираясь по сторонам, мы осторожно ступаем по рельсам и периодически прячем носы в намотанные вокруг шеи шарфы (от холода и непривычного запаха). Мы слушаем рассказы Кристины о нравах здешнего сурового мужского общества, его негласных законах, «примочках» и традиционных прозвищах, которые, между прочим, давали не только людям, но и орудиям труда.

Потом, когда в забоях появились дамы, местным джентльменам приходилось иногда краснеть за свой рабочий словарь и менять правила поведения.
Мы проводим эксперимент – на минуту все вместе выключаем фонарики и замолкаем. И вдруг чувствуем, как в абсолютной черноте со всех концов холодного лабиринта накатывают беспомощность и страх…
На обратном пути мы уже со знанием дела рассматриваем неровную, зловеще поблескивающую в сумраке шахты полоску – слой угля сантиметров в 20 (добыча в таких пластах экономически неоправданна). Не так прост этот бриллиантовый блеск, ведь каменный уголь – близкий родственник алмаза. Сложись все чуть-чуть по-другому…

Но уж как сложилось: 360 млн лет назад то, что впоследствии стало Шпицбергеном, находилось в тропической зоне к северу от экватора и было покрыто густой папоротникообразной растительностью. Ее остатки, погребенные под толщами наносов, стали основой будущих угольных пластов. А дальше стандартная схема: миллионы лет растительные массы испытывают давление и нагреваются при отсутствии кислорода. В результате из 10-метрового слоя бывших тропиков образовывается метровый слой угля.

Вообще, специально погружаться в шахтерскую среду в Лонгйире необязательно. Здесь и так все напоминает о забоях и месторождениях. На главной улице, например, есть и парадный памятник шахтеру, и повседневный, изображающий его за работой. Сохранились старые названия зданий, несущих теперь другие функции. Lumpen Center, в котором сейчас магазины, кафе и учреждения, раньше содержал душевые и раздевалки, в которых шахтеры оставляли свою рабочую одежду – lumpen. Скорее всего, в отеле или общежитии, где вы остановились, тоже есть какая-нибудь «забойная» история, ведь большинство этих помещений строились либо для шахтеров, либо для клерков, занятых в этой области. Специализация на Шпицбергене прививается с детства: даже группы в одном из местных детских садов нумеруются гордо «Шахта №1» и «Шахта №2». Другой садик имеет экологический уклон: «Белые медведи» и «Нерпы». И уж конечно, любой ребенок в Лонгйире знает, что Рождество живет в заброшенной 2-й шахте: там всю полярную ночь напролет тускло светятся окошки. А в канун праздника перед входом возникает нарядная елка.
Часть 4-я. Патриотическая

Несколько холодных пасмурных дней убедили нас не присоединяться к экскурсиям на «зодиаках». Вместо этого мы отправились на кораблике в заброшенный русский городок Пирамида. Как оказалось – за самыми яркими впечатлениями этого отпуска.

В тот день, не успев еще покинуть Пирамиду, мы хотели вернуться туда снова. Зачем? Как? Неясно. Но от навязчивого желания отделаться не могли. Такова магнетическая сила Шпицбергена: невозможно объяснить, почему так тянет вернуться в определенное место. Или почему в полярную ночь цветы, если дать им подсветку, вырастают в два раза быстрее и крупнее, чем их сородичи на материке…

Природа искренне и прямо признается в своей красоте и мощи, будоражит, вдохновляет и – не отпускает. В Пирамиде это ощущение поразительно отчетливо. Может быть, потому что люди здесь тоже творили широко и смело.

Мы любовались фантастической для Шпицбергена высокой густой травой (ее семена специально привозили сюда с большой земли) и слушали рассказы нашего гида Вадима о том, как здорово жилось когда-то обитателям городка, о нормах, об урожайности в местных теплицах, о том, как выполняли социалистические обязательства и выдавали на-гора. Становилось очень грустно – от этих «были», «жили», «добывали»…
Часть 5-я. Содержащая еще некоторые наблюдения

Предприимчивость, с которой организована жизнь в столице Шпицбергена, достойна уважения и подражания. Турист здесь вполне счастлив: обогрет после экстремальных вылазок, вкусно накормлен и напоен, одет соответственно погоде и цели своего пребывания. Все это дорого и очень качественно.
Конечно, есть местные нюансы. Например, нет аптек. Просто тут не принято болеть. Можно купить кое-какие витамины в местном магазине, но это и все. От бессонницы предложат беруши.
Девушки здесь не носят юбок и каблуков, и никто не пользуется зонтами.
А когда местные жители устают от скученности (все-таки 2 тысячи человек живет в городе!) – то уезжают на дачи. Но не в дачные поселки, а в отдельно стоящие домики у моря.

Здесь широко распространен старый шахтерский обычай снимать обувь при входе в помещение, чтобы не занести с собой угольную пыль. Поэтому, входя в гостиницу, ресторан или общественное заведение, принято разуваться. В некоторых местах даже предложат тапочки любого размера на выбор.
Например, в Культурном центре и в Музее Свальбарда. На посещение этих двух заведений у вас уйдет целый день, но искренне советуем не отказываться от этой затеи.
Мы улетали из Лонгйира в конце июля, а снежная рюмка по ту сторону залива оставалась целой. И глобальное потепление ей было нипочем. Так и не застав настоящего лета, мы решили вернуться на Шпицберген под Рождество!

Текст: Юлия Пантелеева
Фотографии: Сергей Пантелеев
Самые свежие новости об экспедициях центра "Полюс" - на странице Ирины Орловой в Facebook. Страница Сергея Пантелеева - здесь.
This site was made on Tilda — a website builder that helps to create a website without any code
Create a website